Андрей Курятков (a_kuryatkov) wrote,
Андрей Курятков
a_kuryatkov

Categories:

Нина Дорогинина о блокаде. (воспоминание)

рисунок из книги блокада 1
Рисунок и воспоминане из книги "Блокада и мы" Киров, 2008 г.

         В Свечинском районе нашей области есть деревня Баруткино. Там я и родилась в 1919 году 21 января. Семья была большая — 13 ртов. Жили бедно и голодно, время в стране было тяжелое, послереволюционное: раскулачивание, голод, коллективизация. В 1936 году меня с братом взял к себе в Ленинград  двоюродный брат отца, чтобы семье нашей помочь, да и нам дать выбиться в люди.
        Жил он на Васильевском острове, на 13 линии у Малого проспекта Работал в системе «Ленэнерго» и нас устроил туда работать и учиться без отрыва от производства. Так я стала бухгалтером. Жили мы в общежитии на Полюстровском проспекте.
       Война застала меня в ЦПКиО им. Кирова на Островах. Этот Центральный парк культуры и отдыха был любимым местом гулянья ленинградцев, и в выходные дни там всегда было много народа. Так было и в это солнечное воскресенье. Но вдруг народ всполошился. Люди толпами побежали к репродукторам, шум прекратился. Люди молчали. А из репродуктора раздавалась страшная весть: Гитлер напал на нас. Началась война. Бомбят города. Гибнут люди.

        Вскоре меня призвали на оборонительные работы — копать траншеи, окопы, противотанковые рвы. Перевозили нас туда, куда требовала обстановка. Последний раз нас везли в направлении г. Шимска. Но налетели самолеты и стали стрелять по составу. Мы повыскакивали прямо в болото и там просидели до темноты. Потом все затихло, самолеты улетели. Нас увезли назад в Ленинград. Это было в сентябре. Город был окружен, началась блокада. Нас направляли на строительство укрытий, очистку подвалов, оборудование их под убежища и санитарные пункты по приему раненых и больных. Затем мы стали работать санитарами в госпитале, который находился на ул. Желябова. Начался голод. Мы получали как служащие 125 граммов хлеба. Не было света, тепла, воды. Бани не работали, помыться было негде. Появились вши. Я слабела, и меня перевели работать на коммутатор в диспетчерскую службу. Помню фамилию нашего начальника — Лодзе.
         На Полюстровский проспект в общежитие я ходить уже не могла, ночевала в здании «Ленэнерго», то в подвале, то на первом этаже, как придется. В феврале я слегла, ходить не могла, а 28-го числа пришли машины, нас, больных, погрузили и повезли через Ладожское озеро. Машины были выкрашены в белый цвет, а сверху нас закрыли белыми накидками. Переправились благополучно. На станции Жихарево, где формировались составы на восток, нас осмотрели, обработали обморожения, накормили. К вечеру погрузили в составы. В товарных вагонах были сделаны полки в три яруса, где мы и разместились. Состав шел медленно, часто стоял в тупиках, пропуская эшелоны с военными грузами: танками, пушками и вагонами с солдатами. Кормили нас один раз в день, давая 200 граммов хлеба и черпак супа. В дороге многие умирали. На станциях их выносили из вагонов и увозили хоронить. В марте и меня вынесли из вагона и бросили в одну кучу с мертвецами. Видимо, я спала или потеряла сознание, и меня приняли за покойницу. Очнувшись, кричала, как могла, что я еще жива, и пыталась двигаться. Страшно было умирать, когда была надежда выжить. Меня услышали, отделили от кучи, и санитары меня увезли на эвакопункт, где провели санобработку и накормили. Через некоторое время я оказалась в доме отца, т. к. все это произошло на станции Свеча. Вот так мне повезло! В доме была одна мама. Увидев, во что я превратилась, она только успела крикнуть: «неужели бывают такие люди?», упала, и ее парализовало.
        Оправившись от дистрофии, я через военкомат устроилась работать в Свечинскую МТС учетчиком. А когда почти все мужчины ушли на фронт, я прошла курсы трактористов и пять месяцев работала на тракторе, пока не получила травму. Меня перевели работать на склад. Потом с мужем переехали в г. Сталино, затем в г. Караганду. В связи с плохим здоровьем мамы вернулись в Киров, где я работала на кирпичном заводе № 2 17 лет и 17 лет — на ДСК. Уйдя на пенсию, я еще работала до 60 лет. События моей жизни отмечены медалями «За оборону Ленинграда», «50 лет победы в Великой Отечественной войне», «За долголетний добросовестный труд». А когда смотрю на знак «Жителю блокадного Ленинграда», вспоминаю эвакуацию и благодарю Бога за то, что жизнь моя не закончилась в 23 года. Сейчас мне перевалило за 80.
Tags: Блокада, ВОВ
Subscribe

Posts from This Journal “Блокада” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments