Андрей Курятков (a_kuryatkov) wrote,
Андрей Курятков
a_kuryatkov

Categories:

Вера Гудина. Новый год в семье Лобовиковых в блокадном Ленинграде 1941-1942 г.


Отрывок воспоминаний из сборника "Блокада и мы" г. Киров 2008 г.  тир. 1000 экз. 768 стр.


Я родилась в с. Истобенске Кировской области в 1922 г. Детские и школьные годы прошли в г. Вятке, названной в 1934 г. городом Кировом. Родители были преподавателями: мама в школе вела математику, отец в пединституте — географию. Мы с братом росли В дружной семье, где царили любовь, взаимопонимание, забота друг о друге, ответственность за свои поступки и дела.
Семья была музыкальной. Мама обладала прекрасным голосом. Она хорошо, задушевно пела. Отец играл на мандолине, мы с братом — на рояле. При выполнении общих хозяйственных работ (оклейка стен обоями и пр.) пели, слушали долгоиграющие пластинки оперетт, песни в исполнении Ф. И. Шаляпина и др. Занимались спортом, играли в волейбол, летом катались на велосипеде, зимой — На лыжах. Лето проводили в с. Истобенске у бабушки и тети Т. А. Саниных — директора начальной школы, купались в р. Вятке, помогали в заготовке сена для коровы, прополке грядок в огороде, общались с сельскими детьми.
В предвоенном 1940 г. я окончила одновременно среднюю школу № 6 им. Красина (теперь гуманитарная гимназия) с аттестатом отличницы и музыкальную школу по классу фортепьяно, поступила в Ленинградский политехнический институт на механико-машиностроительный факультет

21 июня 1941 г. мы, 19-летние студенты 1 курса ЛПИ, шли в ясный солнечный день в общежитие небольшой группой девушек и ребят по парку лесотехнической академии с первого удачно сданного зачета веселые, влюбленные, беспечные, смеялись, перепрыгивали через лужи после дождя. А утром 22 июня узнали о начавшейся войне и сразу стали серьезными, как будто повзрослели. Ребята поехали в военкомат и были направлены на Карельский перешеек. Девчат определили в команды МПВО института.
Окончила 1 курс уже в начале Великой Отечественной войны. Готовилась к зачетам и экзаменам в перерывах между воздушными тревогами. Во время бомбежек города дежурила на постах МПВО института, в промежутках между ними мы красили деревянные конструкции чердаков несгораемой смесью. Находились на казарменном положении.
Домой в г. Киров написала, что эвакуироваться не буду, останусь защищать Ленинград. Отец в письме похвалил меня за это решение. Он был ветераном Гражданской войны, на которой получил сквозное ранение в легкое, имел плохое зрение. Его в армию не взяли. Он стал работать военруком в школе, во всеобуче обучал снайперов, позднее работал в областной партшколе. Мама продолжала работать учителем в школе. Брат еще был школьником. Так что наша семья, кроме меня, в войну находилась в Кирове...


     .....С 9.10.41 г. до 23.03.42 г. я работала на военном заводе станочницей по обработке артиллерийских снарядов. Завод обстреливался. В наш цех попал снаряд. Были убитые и раненые. Работали по 12 часов в сутки. Часто отключалось электричество. А когда его включали, надо было быстро работать, чтобы не задерживать конвейер. Цеха не отапливались. Станки дышали холодом. Замерзала эмульсия. Руки пристывали к металлу. Но работа должна была выполняться точно с микрометром, чтобы на фронте у орудий не было недолета или перелета снарядов. По рабочей карточке мы получали 250 граммов хлеба.
     С работы приходилось долго идти пешком с Выборгского района на Петроградскую сторону, в квартиру, где меня ждала больная, лежащая женщина, с которой я жила и ухаживала за ней. По дороге домой иногда приходилось помогать ослабевшим мужчинам подняться с колен, встать на ноги, чтобы они не замерзли при 30° морозе и добрались до дома. Женщины оказались более выносливыми. Но на долю некоторых выпали очень тяжелые испытания.
    В семье моих близких земляков Лобовиковых после смерти отца и матери в холодной квартире осталась лежать одна беременная дочь. Там она родила сына без медицинской помощи. Помогала ей при родах умирающая соседка. Сын вскоре умер, т. к. был слаб, а у матери не было молока. Через несколько недель скончалась и роженица в муках при развившейся послеродовой гангрене живота.
     Из этой семьи трое сыновей-офицеров сражались на фронтах и пережили войну, а отец, мать, сестра, тетушки, оставшиеся в Ленинграде, погибли. Их сын, майор в отставке Тимофей Сергеевич, писал мне в письме, что он, переживший Финскую и Великую Отечественную войны, не видел ничего страшнее, чем массу вытаивающих у Ленинградского морга трупов весной 1942 г., когда он пытался разыскать там свою сестру, чтобы проститься хоть с мертвой.
     Мне на всю жизнь запомнилась встреча в семье Лобовиковых Нового 1942 года, где я жила зимой некоторое время после пожара в общежитии студгородка ЛПИ. Глава семейства Сергей Александрович Лобовиков, известный вятский фотохудожник, умер в ноябре* 1941 г. В квартире остались его жена Елизавета Андреевна, дочь Ирина и племянник Андрюша из Нолинска, работавший на заводе. Его, больного, удалось в декабре переправить в Киров. Новый 1942 год мы встречали 3 женщины в темной, холодной квартире, лежа в кроватях, грызя корочку хлеба, оставленную для «торжества» от мизерной дневной нормы. Время наступления Нового года я засекла по своим, подаренным мне отцом, швейцарским часам со светящимся циферблатом.


Последний портрет Сергея Александровича, снятый 2 мая 1939 года, его сыном Тимофеем, в их квартире в центре Ленинграда.

    Познакомилась я с этой семьей, когда приехала поступать в институт и явилась к ним с письмом от отца Сергею Александровичу с просьбой разрешить мне пожить у них до устройства в общежитие. Сергей Александрович и папа были близки в Кирове по работе в пединституте и занятиям фотографией. Приняли меня радушно, как родную. Здесь меня, землячку, приютили при поступлении в институт и в самые тяжелые для меня дни блокады, а потом рекомендовали знакомой больной женщине, чтобы я жила у нее и ухаживала за ней.


Вся большая семья Лобовиковых в столовой, в один из летних дней 1923 года, г. Вятка.
(слева на право: Дмитрий, Тимофей, Антон, Сергей Александрович, Андрей, Ирина самая младшая, Елизавета Андреевна.)


     Жена С.А. Лобовикова Елизавета Андреевна была доброй, энергичной, гостеприимной, мужественной женщиной. Она была уверенна, что они, старые, не выдержат войну, погибнут, но говорила об этом спокойно и, как патриот города и страны, утверждала, что мы победим, и ленинградцев будут долго вспоминать, а молодые должны выжить. Смерти она не боялась и, когда ее сын Тимофей Сергеевич в конце февраля 1942 г. приехал с фронта, чтобы зашить в простыню и унести на сборный пункт тело тети Тони (сестры отца), мамочка ему сказала: «Теперь я. Лягу, буду ждать». Ему нечего было сказать утешительного, без лжи. Через 2 дня она умерла.   26 февраля позвонила сестра, что мамы нет. Он снова приехал, зашил, отнес в Ботанический сад. Простился с Ириной, явно обреченной на муки и смерть. Его воинская часть находилась под Пулковом и Урицком. Пять раз он приезжал, чтобы зашить в простыню и унести на сборный пункт тела дорогих родных....

____________________________________________________________________

Сергей Александрович Лобовиков, умер 27.11.1941г.


Могила С. А. Лобовикова на Шуваловском кладбище, г.Ленинград.

Тимофей Лобовиков о смерти отца (дневниковая запись)

Его смерть непосредственно была вызвана разрывом перед домом авиабомбы замедленного действия. Ее обваловали всех эвакуировали, но мама осталась с папой, уже нетранспортабельным. Ждала взрыва в пустом доме, судьба которого была непредсказуема. При взрыве отца подбросило в кровати и через пять минут наступила смерть. Дом был сдвинут на фундаменте, черные лестницы обрушились, по комнатам прошли трещины. Если бы бомба упала на шесть метров иначе, все мои (и все жильцы вообще) отправились бы к «праотцам». Да, крыло войны коснулось меня явственно» (Ф. Р-6698 Оп. 1 д. 96. Лл. 92-93).



Tags: Блокада, ВОВ, Ленинград, Лобовиковы, Новый год
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments