Андрей Курятков (a_kuryatkov) wrote,
Андрей Курятков
a_kuryatkov

Categories:

Виталий Бианки и Валентин Курдов в Вятке. 1930г.


В.И.Курдов Старая усадьба. 1974г.


В июле 1930 года, Виталий Бианки вместе с художником Валентином Курдовым, отправились в путешествие по Сибири, была однодневная остановка и в Вятке. Вот как описывает Бианки свой приезд в незнакомый город в книге "Конец земли", предварительно дав телеграмму чтобы встретили.


Путевые впечатления 1930 года
Борису Степановичу Житкову
В. Бианки, В. Курдов

***
В три часа — ночи, утра ли? — Вятка.

Врывается в вагон наш друг — художник. Штаны — воздушный шар, глаза как у сыча. Бурные объятья.

Хватает наши вещи, выкидывает из вагона. Попробуй с ним поспорь!

Через весь город на сонном извозчике — трюх-трюх- трюх-трюх. Смешно после поезда.

В Вятке спешить некуда.

Светло, но спит город. Деревянные домишки прикрылись тополями. Собаки дремлют. Покой.

В одном только доме — большое кирпичное здание с широкими окнами — огни, стук, работа.

фото из журнала tornado_84

— Фабрика?

— Не. Мастерская учебных пособий.



А дальше — дряхлая деревянная старушка стоит в тенистом саду — театр.
Возница жалуется:

— Сколько раз принимался, — никак сгореть не может. Обещают каменный.

Наконец и обиталище друга: на окраине покойный низенький домик, весь желтый. Собственной искусной рукой художника наведен простенький русский орнамент.

Рассказывает друг: красил ночами, чтоб не глазели соседи. Одолеют советами, делать-то ведь нечего им.

Чистый дворик с курами и кошкой, крошечный садик, густой, как дедова борода. Флигелек, на нем палка, на палке — бодрый петушок из жести вертится туда и сюда.

— «Сама садик я садила, сама буду поливать!» — подмигивает Валентин.

Потом становится серьезным:

— Подзакусить бы? Целую ведь ночь не ели.

Вот желудок! Не желудок — трест точной механики.

Пьем чай со всякими домашними благами: тут и коржики, и пирожки, и грибки в сметане, и румяная клубничка.

Отправляемся к другому приятелю, тоже художнику.

Дом с белыми колоннами, дремучий сад. В деревянном флигельке за крепкими ставнями спит наш приятель. На двери — здоровенный замок.

Долго стучим в ставни. Наконец вылезает в окно.

Лобзания. И снова — никак не откажешься — пьем чай с многочисленными благами.

Назад возвращаемся, — на столе уже дымятся тяжелые пельмени.

— Извините уж: из баранины. Говядины не выдавали.

А к пельменям уксус черный и уксус белый — на вкус.

Мы едим весь день. Валентин — в прекрасном настроении. Я все высчитываю про себя, на сколько лет теперь мы от Ленинграда? Но расчет так и остается неоконченным: чудовищная лень охватывает мозг, и голову клонит сон.

Как очутились мы вечером в цирке? Пахнет мокрыми опилками, лошадьми, брезентом. Женщина-вентролог — в скобках: чревовещательница — в гусарском костюме разговаривает с куклой-беспризорником.

Испытываю мучительное чувство: все хочется подтужить свой ремень, обдернуть курточку, — а их нет, и за два дня в поезде отросла густая колкая борода.

Ночью опять трюх-трюх, трюх-трюх на вокзал. Не спеша благоухают цветы в садах. И сквозь дрему вспоминается, — рассказывали за чаем в доме с белыми колоннами, — вспоминается строчка за строчкой надгробная надпись на одном из вятских кладбищ:

Здесь Яков Банников лежит,
Не вздумал дольше он пожить,
До тридцати шести лет дожил
И умер, здесь себя положил.

Прохожий, сделай праху честь,
В тебе коль здравый разум есть.
Ты будешь тем же награжден,
Коль смертью будешь побежден.

И уже утром, на рассвете, когда сели, наконец, в поезд, я еще раз взглянул на мирно дремлющую Вятку и простился с ней.

Проснулись, — а поезд отходит уж от станции Пермь.

Бианки В. В. Конец земли : путевые впечатления 1930 года // Бианки В. В. Собрание сочинений : в 4 т. Т. 4 : Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Л.: Детлит, 1975. С. 10-12.
______________________________________________________________________________

     Установить женщину вентролога  выступавшую в вятском цирке, не составило большого труда. До войны в этом жанре работала только одна артистка - Мария Григорьевна Донская.  Нашлось и подтверждение этому, в виде рекламных объявлений в "Вятской правде"  за 1930 год.
Кроме куклы- беспризорника, была еще и говорящая собака.



Искусство вентрологии - чревощения



     А вот кто были приятели художники, Бианки не упомянул.  Очевидно что знакомы были они хорошо, может кто-нибудь из студенческой молодежи, или из ровесников, поколения Чарушина и Васнецова. Зацепится не за что, но вот дом с белыми колоннами, и дремучий сад, заставляют задуматься. Дома с белыми колоннами в Вятке - по пальцам можно пересчитать. А  домов с дремучим садом еще меньше, даже может один единственный.


Студенты Государственных свободных художественных мастерских: Чарушин, Курдов,Васнецов, Костров, 1920е гг.

Огромное спасибо за шикарное фото
sergej_manit

Tags: 1930е, Бианки, Вятка, Вятская правда, Донская, Курдов, Цирк
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments